"На протяжении веков, минувших после похода Ермака Тимофеевича, перед государством стояла, главным образом, проблема освоения Сибири. В этом Россия преуспела. Колониальная политика в любые времена характеризуется стремлением метрополии получить быструю прибыль на присоединенных территориях. Наращивая производство и "выкачивая" природные ресурсы, государственные мужи редко задумываются о развитии производительных сил, оставляя регионы-доноры без поддержки. В результате проявляются демографические 'провалы', возникают внешние угрозы, как следствие - государственная власть теряет авторитет, углубляется системный кризис.

Проблемы, которые неизбежно встают перед страной вследствие потребительского отношения к управлению ресурсами - природными и человеческими - раньше всех осознают не политики, а ученые и мыслители. Начало нового века для жителей Зауралья, утративших надежду на внимание со стороны Москвы, ознаменовалось дискуссией о Стратегии социально-экономического развития Сибири. В разработке этого документа приняли участие лучшие умы региона: ученые СО РАН, общественные и политические деятели. Однако, несмотря на то, что в лоббировании Стратегии активное участие принимал полномочный представитель президента России, документ, пройдя сквозь сита и жернова различных министерств, утратил свою абсолютную значимость. Тезис о перераспределении ренты на пользование природными ресурсами в пользу регионов был выхолощен: метрополия отказалась делиться сверхдоходами с провинцией.

Однако, проблема стремительно пустеющей Сибири перестает быть проблемой одной лишь Сибири. Новое время и перераспределение сил на мировой арене подталкивают наше государство к принятию решительных мер. Россия рискует потерять Сибирь, причем, не только как субъект экономики, но и как территорию - сейчас об этом заявляют уже не только аналитики в регионах, но и политологи в Москве.

Дискуссия вот уже несколько лет ведется в авторитетных журналах и на политологических Интернет-форумах, становится темой международных конференций. Уделяется ей внимание и на самом высшем государственном уровне. Так, в ежегодном Послании к федеральному собранию, президент России отметил необходимость развития транспортной, телекоммуникационной и энергетической инфраструктур Сибири, а также заявил, что этот регион должен стать опорным при сотрудничестве России с сопредельными государствами. Владимиру Путину принадлежит и еще одна, правда, довольно обтекаемая, формулировка - о перенесении центра национальных интересов в Сибирь. Пока не существует конкретных документов, проектов, программ, эту мысль всякий волен трактовать как угодно. Государство, которое сейчас упрекают в отсутствии плана стратегического развития вольно выбирать трактовки. Для того, чтобы помочь определиться с векторами и существуют разнообразные общественные институты, работающие на создание политологического и социологического продукта. На формирование общественного мнения, наконец.

Один из эпизодов подобной работы имел место в феврале: Новосибирск принимал участников молодежного политологического форума 'Форос-Сибирь-2006'. Помимо студентов и аспирантов России и стран СНГ форум посетили ведущие московские политологи. Как раз им 'Большой Новосибирск' и адресовал вопрос: как вы понимаете тезис о перенесении центра национальных интересов в Сибирь? Целесообразно ли это и найдет ли реальную государственную поддержку в ближайшем будущем?

К нашему удивлению, абсолютно все эксперты за этой формулировкой усмотрели вопрос о необходимости перенесения столицы России из Москвы в один из сибирских городов. Такой подход к проблеме также имеет место в общественной дискуссии, но чаще всего его берут на вооружение политики, склонные к популизму и спекуляциям. В ходе экспертного опроса мы получили очень разные отзывы - но даже их разнообразие подтверждает то, что подобный вопрос стоит - и достаточно остро.

Строим новую столицу
Наиболее категоричным оказалось мнение эксперта 'Горбачев-фонда' Валерия Соловья, который видит выход из российских проблем не просто в перенесении столицы в один из сибирских городов, а в строительстве абсолютно новой столицы - с нуля.

'На мой взгляд, это единственный способ привлечь людей, ресурсы, перенаправить потоки, которые сейчас концентрируются в европейской части, в азиатскую часть России. Потому что вопрос развития Сибири - это не только вопрос сохранения ее в составе России, это вопрос будущего страны, во всех смыслах. Некоторые считают, что это - утопия, авантюра. Я отвечу: зато как задумано! На самом деле, подобные примеры уже были в истории России - перенос столицы в Петербург был не менее утопичен при тех ресурсах, но, тем не менее, он состоялся. Перенос столицы Казахстана тоже выглядел как авантюра, и, тем не менее, он состоялся. И в нашем случае я не вижу никаких препятствий, кроме сопротивления бюрократии. Так тем и лучше, пусть она остается в Москве.

Столица России всегда находилась там, откуда исходил основной вызов. В случае с Петербургом основной вызов исходил с Запада, и надо было на него отвечать. Возвращение столицы в Москву было связано с тем, что Россия превращалась в самостоятельный, равновеликий Западу и Востоку, центр силы. Сейчас основной вызов не только нам, но и всему миру, будет исходить с Востока. Восток становится экономическим центром мира, в его пользу складывается и демографический баланс. Поэтому, столица страны должна находится в Сибири'.

Валерий Соловей считает, что подобные решения зависят только от наличия политической воли.

'Воля - это политическая онтология, то, с чего начинается политика. А начинается все отнюдь не там, где принято считать, что политика - это 'искусство возможного', а, напротив, 'искусство невозможного'. 'Искусство возможного' - это ординарная, банальная политика. Между тем, исторический опыт России показывает, что невозможные вещи у нас более реалистичны, чем самые обычные. Все другие способы исчерпали себя - и царская Россия пыталась освоить регион, и Советы - ведь были грандиозные программы. Но условия изменились, начался отток людей и капиталов в европейскую часть страны. Ведь это просто нонсенс - когда 80 процентов ресурсов сосредоточено в Сибири, а население отсюда уезжает. Без Сибири у России нет никакого будущего.

Фактором, определяющим современный вызов, В. Соловей считает демографический. Исходит он, определенно, из Китая.

'Вообще, первый раз за последние 400-500 лет, Россия оказалась в таком положении, когда наши соседи развиваются быстрее, чем мы. У них колоссальный демографический потенциал. Они заполнят пустующие территории, как вода заполняет низину. Пока в России, по разным оценкам, живет от 200 до 500 тысяч китайцев. А непосредственно по ту сторону нашей восточной границы их 150 миллионов. Между тем, все российское население за Уралом России составляет не более 30 миллионов. Здесь комментариев не надо. У нас просто недооценивают, что в истории - в большой истории - главными являются не политические процессы, а демографические. Поэтому создание здесь некоего демографического заслона и восстановление жизнеродного потенциала народов России - это ключ к экономическим аспектам. Мы должны восстановить высокую рождаемость - а это не столь уж неразрешимая задача, есть страны, которые таких результатов добиваются. Это должно совпасть с перемещением столицы в Сибирь'.

Больше крупных проектов
Перенос столицы в Сибирь кажется целесообразным и Андрею Рябову, главному редактору журнала 'Мировая экономика и международные отношения'. Правда, о строительстве нового города в этом случае речи не идет. Отмечая перспективную актуальность 'восточной' ориентации российской внешней политики, Рябов подчеркивает важность активности региональных элит.

'В первую очередь, все зависит от региональной активности - на уровне реальных проектов. Вот, например, создание Национального Университета в Красноярске мне не кажется убедительным примером, а вот совместный с Японией проект Сибирской медицинской академии - гораздо серьезней. Если он пойдет и Красноярск станет одним из медицинских центров - будет эффект. Я, конечно, имею в виду совокупность таких проектов: там, где они будут реализованы в некоем множестве, появится новые значения и центры притяжения. Во-вторых, должна быть некая политическая активность на местах. Требования о децентрализации административной власти должны исходить от всех ресурсных регионов'.

При этом, Рябов констатирует полную неготовность федерального центра к решительным шагам.

'Думаю, что люди принимающие решение в Москве - элиты административные и бизнес-элиты, к этой точке зрения не готовы. Поскольку их экономические интересы, фокусируются на европейском континенте, характерно стремление передвинуть центр в Петербург. Тогда живительные нефтепроводы потекут в Усть-Лугу, в Выборг, в Приморск, и Питер станет экономическим центром распределения. Это ближе к интересам бензинового государства. Поэтому элиты не готовы рассматривать 'сибирский вариант' решения проблемы. Они, конечно, чувствуют некоторую неловкость: все оттуда берем, а там население убывает, колониальный тип экономики во многих регионах является доминирующим - значит, нужно сделать Сибири какие-то послабления, преференции. Это - несерьезная постановка вопроса. Но, в будущем, лет через 5-10 - а я думаю, что у России больше времени для серьезных изменений просто нет - этот вопрос, так или иначе, встанет.

Популярную сейчас идею перемещения некоторых ведомств в регионы Рябов считает, по большому счету, спекуляцией - разговоров много, но нет прецедента. Однако в будущем, возможно, он и будет иметь место.

Коррупция и национальные интересы несовместимы
Кандидат экономических наук, профессор РГГУ Сергей Магарил к вопросу о переносе столицы относится с осторожностью, а воплощение инициативы по перемещению 'федеральных центров принятия решений' из Москвы в какой-либо другой город считает 'маловероятным в обозримой перспективе. Настолько маловероятным, что даже не имеет смысла это обсуждать. Этого не произойдет - если речь идет о какой-то ощутимой тенденции. Можно конечно, перенести в Северную Столицу Верховный суд, но - что изменится? Бюрократия не собирается покидать столицу'.

Магарил, как и остальные собеседники 'Большого Новосибирска' признает, что стратегическая опасность потерять Сибирь существует, но важнейшие решения, препятствующие депопуляции принимаются правительством. Однако, готовности к таким решениям власть не проявляет.

'При той политике, которую мы сейчас видим, процесс развивается по нарастающей. Пока не видно никаких препятствий этому процессу, никаких блокирующих факторов. Прежде всего, речь идет о сокращении численности населения. Растущая смертность, снижающаяся рождаемость, растущий отток населения. Опустевшую Сибирь защищать и удерживать будет некому. Есть сейчас какие-то признаки того, что предпринимаются попытки хотя бы сохранения населения в Сибири, не говоря уже об увеличении численности россиян на всем пространстве от Урала до Охотского моря? Перспективы определяет качество федеральной политики. Пока что никаких признаков повышения качества этой политики не наблюдается. Более того, на мой взгляд, ситуация еще более грустная - крах российской империи, распад СССР и глубокое неблагополучие постсоветской России свидетельствует о крайне низком качестве стратегического национально-государственного управления. Трудно ожидать иного в условиях системной коррупции: продажность государственного аппарата и национальные интересы России, в том числе, удержание Сибири, несовместимы'.

Позвать мигрантов в Сибирь
Отсутствие государственной стратегии модернизации страны в целом и развития Сибири отмечает и Михаил Хазин, президент кампании экспертного консультирования 'Неокон'. Однако этот эксперт предлагает свои, достаточно рискованные пути выхода их 'сибирского кризиса'.

'При сегодняшнем положении вещей, Россия стратегически Сибирь удержать не может. Значит, Россия должна предъявить некоторый план, контекст в отношении Сибири, который позволит оставить ее под своим контролем. Какой это будет контекст, и какой стратегический план - не знаю. И никто, я думаю, не знает. Но он в течении года-двух должен быть предъявлен. Это может быть попытка создать систему, посредством которой иностранные деньги пойдут в Сибирь, но под жестким российским контролем. Это может быть попытка массового привлечения в Сибирь мигрантов из стран бывшего СССР с направлением их с Сибирь. Это, конечно, рискованно, но безрисковых вариантов у страны уже не осталось. Естественное развитие событий приводит к оттоку населения. В этом смысле, Россия без Сибири - это среднеуровневая региональная держава. Если мы хотим что-то сохранить, мы обязаны что-то предъявить, и здесь Сибирь является ключевым фактором. Более того, если такого рода контекст будет предложен и реализован, то следующим этапом может стать возвращение под свой контроль стран, которые перестали быть Россией в 91 году. Но только следующим этапом! А пытаться взять под свой контроль Белоруссию, Украину, Казахстан, разменивая при этом Сибирь - некоторый идиотизм с рациональной точки зрения'. "