"- Мне говорят: "Зачем ты не украсишь свой приют пестрыми коврами?" Но, "когда пронесся призывной крик героев, что делать с песнею певца?" "Когда конь несется в битву, как я могу прилечь среди цветущих роз?"
Старик, полный изумления, развел руками.
- О каких войнах ты говоришь? Кто может грозить султану великолепному, самому сильному из всех мусульманских владык ? Только тогда запылают огни чужих боевых лагерей, когда он сам захочет воевать...
- Грозный огонь движеться с востока, и он сожжет все.
Старик покачал головой.
- О, нет! Пока хорезм-шах вложил меч в ножны, все будет тихо и в долинах Мавераннагара и на всех границах царства Хорезма. "
Один могущественный император, завоевав соседние земли от моря до моря, решил уйти на покой, и передал войска под командование своему старшему сыну. Сын был искусным полководцем, однако не мог управиться с войском, поскольку состояло оно из старых бойцов, привыкших подчиняться только своему грозному императору.
Молодой полководец был хитер и настойчив. Он отдал свои стрелы оружейникам и приказал оснастить их оперением особой формы, издававшим в полете пронзительный свист. Затем он вывел войска в степь, и пригласил своего отца присутствовать на учениях.
Он приказал воинам стрелять в ту мишень, в которую полетит его стрела. Сначала он выстрелил в пролетавшую мимо птицу. Многие воины ослушались мальчишку, и стояли, потешаясь над его детскими забавами. Но полководец отдал короткий приказ, и асассины дворцовой стражи выволокли ослушников из строя, и на глазах у всех отсекли им головы.
Затем молодой полководец сошел со своего красавца-коня, хлестнул его плетью, и когда конь уже был далеко, выстрелил ему вслед. Туча стрел полетела за первой стрелой, однако нашелся тот, кто пожалел скакуна, и он был наказан столь же жестоко.
А затем молодой император пронзил стрелой горло старого императора, и не было ни одного воина, кто бы не последовал его примеру.
Человек ограничен пределами, которые он ставит себе сам.
Есть такой легендарный сюжет из истории народа Хунну. Только в третий раз стрела была пущена не в отца, а в жену молодого императора. Убийство отца считалось большим грехом.
В последнее время я несколько удалился от проекта, поэтому обозревать последние баталии доверил своему коллеге Злобному. Ну он и обозрел их так, что никому мало не показалось. Я всегда в него верил – человек он веселый и на язык острый.
"- Мне говорят: "Зачем ты не украсишь свой приют пестрыми коврами?" Но, "когда пронесся призывной крик героев, что делать с песнею певца?" "Когда конь несется в битву, как я могу прилечь среди цветущих роз?"
Старик, полный изумления, развел руками.
- О каких войнах ты говоришь? Кто может грозить султану великолепному, самому сильному из всех мусульманских владык ? Только тогда запылают огни чужих боевых лагерей, когда он сам захочет воевать...
- Грозный огонь движеться с востока, и он сожжет все.
Старик покачал головой.
- О, нет! Пока хорезм-шах вложил меч в ножны, все будет тихо и в долинах Мавераннагара и на всех границах царства Хорезма. "
Категории: программы и заявления
КОММЕНТАРИИ (5):
Метафоризм "Дисциплина".
Один могущественный император, завоевав соседние земли от моря до моря, решил уйти на покой, и передал войска под командование своему старшему сыну. Сын был искусным полководцем, однако не мог управиться с войском, поскольку состояло оно из старых бойцов, привыкших подчиняться только своему грозному императору.
Молодой полководец был хитер и настойчив. Он отдал свои стрелы оружейникам и приказал оснастить их оперением особой формы, издававшим в полете пронзительный свист. Затем он вывел войска в степь, и пригласил своего отца присутствовать на учениях.
Он приказал воинам стрелять в ту мишень, в которую полетит его стрела. Сначала он выстрелил в пролетавшую мимо птицу. Многие воины ослушались мальчишку, и стояли, потешаясь над его детскими забавами. Но полководец отдал короткий приказ, и асассины дворцовой стражи выволокли ослушников из строя, и на глазах у всех отсекли им головы.
Затем молодой полководец сошел со своего красавца-коня, хлестнул его плетью, и когда конь уже был далеко, выстрелил ему вслед. Туча стрел полетела за первой стрелой, однако нашелся тот, кто пожалел скакуна, и он был наказан столь же жестоко.
А затем молодой император пронзил стрелой горло старого императора, и не было ни одного воина, кто бы не последовал его примеру.
Человек ограничен пределами, которые он ставит себе сам.
Голосуйте за Сергея Пантелеймоновича Навроде!
Голосуя за меня, вы вносите свой вклад в сбор средств для лечения детей-сирот.
Есть такой легендарный сюжет из истории народа Хунну. Только в третий раз стрела была пущена не в отца, а в жену молодого императора. Убийство отца считалось большим грехом.
В соотвествии с источниками*, Шаньюй Маодунь сначала выстрелил в коня, потом в жену, потом в отца.
*В.П.Никоноров, Ю.С.Худяков ""Свистящие стрелы" Маодуня и "Марсов меч" Атиллы". Из-во "Петербургское Востоковедение", С-Пб., стр. 20
Голосуйте за Сергея Пантелеймоновича Навроде!
Голосуя за меня, вы вносите свой вклад в сбор средств для лечения детей-сирот.
Точно! Память подвела. Но между конём и отцом была жена.
"Человек ограничен пределами, которые он ставит себе сам."
Тех же кто не способен на это, останавливает Закон, - Ничего - сверх меры.