Татаро-монгольское иго отбросило развитие гражданского общества в России далеко назад. Причем, к сожалению, татаро-монголы здесь не причем. Государство должно было мобилизоваться перед внешней угрозой и выстраивать жесткую вертикаль власти. В Западной Европе примерно в это время города получали независимость от феодалов, граждане городов - личную свободу, крестьяне - возможность укрыться в городе и воспользоваться правами горожанина. Беда России в том, что у простых россиян не было альтернативного способа повышения социального статуса. Оставалось одно - выслуживаться перед хозяином и ждать, пока он заметит и пожалует кафтан с барского плеча. И так на всех ступенях. Это черное клеймо пронизывает всю историю развития Государства Российского. Неужели не пора прекратить быть холуями? Все Россияне должны с гордостью осознавать себя ГРАЖДАНАМИ. И это в конце-концов будет так!
Так не агитирую. Два года назад начал склоняться к этой теории. Так же и в 45-м Великая Победа тоже укрепила Сталинский режим, что вызвало новую волну репрессий.
Григорий Громов11.11.2007 13:02
Я согласен с тем, что из-за выродков-взяточников, которые без подачки ничего не сделают, народ вынужден ходить по всем инстанциям с протянутой рукой, и считать за благо возможность сунуть денег в карман тому, кто выполнит свои прямые обязательства.
Так, согласись, что причина в нас самих и истоки уходят в глубину веков.
Кстати, чем занимаются еще 9 зарегистрированных пользователей?
Григорий Громов11.11.2007 13:12
Насчет истоков согласен, но в данном случае установление диагноза не способствует выздоровлению:) Не могу знать (про остальных пользователей). Они мне отказываются докладывать. Компьютер включен, а они гуляют. Как вариант.
Так поставить диагноз - это уже большое дело. Конечно, верить в то, что все как один отзовутся на клич не давать взятки, а обращаться в органы нет смысла. У нас в кабинете для фона радио работает, когда идут новости - делаем погромче. Так вот новость о создании антикоррупционного комитета откомментировали с юмором : "Интересно, какой у них будет размер взяток."
Григорий Громов11.11.2007 13:26
Смотрел полуторачасовое интервью с главой этого комитета. Вполне разумный человек, и вполне разумно говорил про то, что коррупцию не побороть в обозримом времени.
:-))) А каким образом? Пересажать всех? А кто тогда партию власти к победе приведет? Что тут еще можно сказать? Ваучерной приватизации тоже можно было избежать, для этого нужно было пересажать "красных директоров" которые уже начали приватизацию. Так 15-20 тыс. человек. Чтобы остановить приватизацию. Никто на это не пошел.
Григорий Громов11.11.2007 13:38
В большинстве своем на приватизации нагрелись не красные идейные директора, а как раз халуи. Если про коррупцию говорить, то я не раз сообщал о своем мнении - либо кардинальные изменения с расстрелами, стотысячными посадками, либо медленная эволюция.
Цитата созвучного прочтения многовековой ситуации в России:
"...Когда идеи «государства» и «суверенитета» пришли наконец в Россию (это случилось в XVII в.), их инстинктивно воспринимали сквозь вотчинную призму. Московские цари смотрели на свою империю, раскинувшуюся от Польши до Китая, глазами вотчинников — более или менее так же, как глядели некогда их предки на свои крошечные уделы. Привычка рассматривать царство и его обитателей с позиций собственника крепко укоренилась в сознании российских правителей и служилого класса.
Когда императоры XIX в.— по воспитанию люди насквозь западные — твердо отказывались даровать стране конституцию, они вели себя в каком-то смысле подобно обыкновенным собственникам, опасающимся, что создание юридического прецедента поставит под угрозу их права на имущество. Последний русский государь Николай II по темпераменту идеально подходил на роль конституционного монарха. И, тем не менее, он не мог пойти на предоставление конституции, а когда его к тому вынудили, не умел соблюсти ее, ибо смотрел на самодержавную власть как на род доверительной собственности, которую долг повелевает ему передать наследнику в неприкосновенности. Вотчинное умонастроение составляло интеллектуальную и психологическую основу авторитарности, присущей большинству русских правителей и сводившейся по сути дела к нежеланию дать «земле» — вотчине — право существовать от-дельно от ее владельца — правителя — и его «государства».
Свойства, отличавшие внутреннее развитие ранней русской государственности,— необыкновен-но глубокая пропасть между держателями политической власти и обществом и собственническая, вот-чинная манера отправления державной власти,— были усугублены сокрушительным внешним событием — монгольским завоеванием 1237-41гг.
Со времени своего поселения в Восточной Европе славяне приучились относиться к набегам ко-чевников как к неизбежному. К началу XIII в. они даже сумели установить с некогда вселявшими в них ужас половцами modus vivendi, начали вступать с ними в браки и участвовать в совместных военных предприятиях. Но у них всегда оставались и леса, куда можно было отойти в случае опасности. Кочевни-ки редко забирались туда надолго, и славянские поселенцы, обрабатывавшие землю в районе Волги-Оки, не говоря уж о жителях отдаленных новгородских земель, были относительно ограждены от них. Поэтому появление монгольских всадников в лесных дебрях зимой 1236—1237 гг. явилось великим потрясени-ем, следы которого и по сей день не вполне стерты в сознании русского народа. То были передовые разъ-езды большой армии под предводительством Батыя, внука Чингис хана, получившего в наследство часть всемирной монгольской империи, лежащую в направлении заходящего солнца.
Воины Батыя не были просто мародерами в скоротечном набеге: они представляли собою превосходную боевую силу, при-шедшую покорить и остаться на всегда. Главные силы их войска проникли в русский лес весной 1237 г., «как тьма, гонимая облаками», по выражению араба, видевшего их набег в другом месте. В 1237-1238 гг., а затем снова в 1239—1241 гг. они разорили русские города и деревни, вырезав всех, кто осмелился ока-зать им сопротивление. Из больших городов один Новгород избежал разгрома благодаря весеннему по-ловодью, сделавшему его болотистые окрестности непроходимыми для монгольской конницы. Спалив дотла Киев, захватчики направились на запад. Они, вероятно, завоевали бы и Западную Европу, если бы летом 1242 г., когда они стояли лагерем в Венгрии, их не настигла весть о смерти Чингисхана, вслед за чем они повернули назад в Монголию и с тех пор больше не возвращались.
Северо-восточная Русь и Новгород теперь сделались данниками одного из ответвлений монголь-ской империи, так называемой Золотой Орды, центром которой был Сарай в нижнем Поволжьи (Литва, имевшая значительное русское население, избежала этой участи). Монголов не интересовала земля, а уж тем более лес; им надобны были деньги и рекруты. Вместо того, чтобы оккупировать Русь, как они поступили с более богатыми и культурными Китаем и Ираном, они обложили ее данью. В 1257 г. с по-мощью привезенных китайских специалистов они провели первую всеобщую перепись населения Руси и, исходя из нее, разложили обязательства по выплате дани. Как и в Китае, основной единицей налогооб-ложения был двор.
В дополнение к этому на все товары, обмениваемые посредством торговли, был наложен налог с оборота («тамга»). Каждый город был обязан брать на постой монгольских чиновников с вооруженной стражей, занимающихся сбором дани и тамги, набором рекрутов (по большей части детей) и вообще блюдущих интересы своих хозяев. Нечем было удержать этих эмиссаров и их стражу от измывательств над населением. Русские летописи полнятся описаниями учиненных монголами зверств. Ино-гда население возмущалось (например, в Новгороде в 1257—1259 гг. и в ряде городов в 1262 г.), однако такое неповиновение неизменно каралось с крайней жестокостью.
Монгольский хан сделался первым бесспорным личным сувереном страны.В русских документах после 1240 г. он обычно именуется «царем», или «цезарем», каковые титулы прежде того предназна-чались императору Византии. Ни один князь не мог вступить на власть, не заручившись предварительно его грамотой — «ярлыком». Чтобы получить ярлык, удельным князьям приходилось ездить в Сарай, а иногда даже и в Каракумы, в Монголию. Там им нужно было совершить особый ритуал — пройти в мон-гольских одеждах меж двух костров — и коленопреклоненно просить о грамоте на свою вотчину. Иногда их подвергали чудовищным издевательствам, и иные князья расстались в Сарае с жизнью. Ярлыки распределялись буквально с аукциона, где выигрывал тот, кто обещал больше всего денег и людей и лучше других гарантировал, что сможет держать в руках беспокойное население. По сути дела, условием кня-жения сделалось поведение, противоречащее тому, что можно назвать народным интересом.
Князья на-ходились под бдительным взором ханских агентов, рассеянных по всей Руси (еще в конце XV в. у них было постоянное представительство в Москве), и им приходилось выжимать и выжимать дань и рекрутов из населения, не будучи в состоянии задуматься о том, что приносят ему такие меры. Любой ложный шаг, любые недоимки могли закончиться вызовом в Сарай, передачей ярлыка более угодливому сопернику, а, быть может, и казнью. Князья, под влиянием момента выступавшие на стороне народа против сборщиков дани, немедленно навлекали на себя ханскую кару. В этих обстоятельствах начал действовать некий процесс естественного отбора, при котором выживали самые беспринципные и безжалостные, прочие же шли ко дну. Коллаборационизм сделался у русских вершиной политической добродетели. Вече, никогда не имевшее особой силы на Северо-востоке, вслед за недолгой полосой подъема в XII в. переживало резкий упадок. Монголам, видевшим в нем хлопотное средоточие народного недовольства, вече пришлось совсем не по душе, и они толкали князей от него избавиться. К середине XIV в. за исключением Новгорода и Пскова от вечерне не осталось почти ничего. С ним исчез единственный институт, способный в какой-то мере обуздывать держателей политической власти.
Ученые сильно расходятся в оценке воздействия монгольского господства на Русь; некоторые придают емупервостепенное значение, другие видят в нем лишь налет на внутренних процессах, проходивших в условиях удельного, или «феодального», строя. Вряд ли, однако, можно усомниться в том, что чужеземное засилье, в своей худшей форме тянувшееся полтора века, имело весьма пагубное действие на политический климат России.Оно усугубляло изоляцию князей от населения, к которой они и так склонялись в силу механики удельного строя, оно мешало им осознать свою политическую ответственность и побуждало их еще более рьяно употреблять силу для умножения своих личных богатств. Оно также приучало их к мысли, что власть по своей природе беззаконна. Князю, столкнувшемуся с народным недовольством, чтобы добиться повиновения, стоило только пригрозить позвать монголов, и такой подход с легкостью перешел в привычку.
Русская жизнь неимоверно ожесточилась , о чем свидетельствует монгольское или тюркско-татарское происхождение столь великого числа русских слов, относящихся к подавлению, таких как «кандалы», они же «кайдалы», «нагайка» или «кабала». Смертная казнь, которой не знали законоуложения Киевской Руси, пришла вместе с монголами. В те годы основная масса населения впервые усвоила, что такое государство: что оно забирает все, до чего только может дотянуться, и ничего не дает взамен, и что ему надобно подчиняться, потому что за ним сила. Все это подготовило почву для политической власти весьма своеобразного сорта, соединяющей в себе туземные и монгольские элементы и появившейся в Москве, когда Золотая Орда начала отпускать узду , в которой она держала Россию."
===================
РИЧАРД ПАЙПС. РОССИЯ ПРИ СТАРОМ РЕЖИМЕ. Кембридж, 1974г. М., "Захаров", 2005. Тираж 2000 экз. http://zakharov.ru/books/katalog/5-8159-0413-9/ Скачать: www.sociograd.ru/kak_uchitsya/kabinety/tarasov_ka/elektronnaya_biblioteka/paiyps_r_rossiya_pri_starom_rejime/
В последнее время я несколько удалился от проекта, поэтому обозревать последние баталии доверил своему коллеге Злобному. Ну он и обозрел их так, что никому мало не показалось. Я всегда в него верил – человек он веселый и на язык острый.
Татаро-монгольское иго отбросило развитие гражданского общества в России далеко назад. Причем, к сожалению, татаро-монголы здесь не причем. Государство должно было мобилизоваться перед внешней угрозой и выстраивать жесткую вертикаль власти. В Западной Европе примерно в это время города получали независимость от феодалов, граждане городов - личную свободу, крестьяне - возможность укрыться в городе и воспользоваться правами горожанина. Беда России в том, что у простых россиян не было альтернативного способа повышения социального статуса. Оставалось одно - выслуживаться перед хозяином и ждать, пока он заметит и пожалует кафтан с барского плеча. И так на всех ступенях. Это черное клеймо пронизывает всю историю развития Государства Российского. Неужели не пора прекратить быть холуями? Все Россияне должны с гордостью осознавать себя ГРАЖДАНАМИ. И это в конце-концов будет так!
Сильные Граждане-Сильная Россия!
КОММЕНТАРИИ (29):
Ударим автопробегом по бездорожью.
И проведем опрос на эту тему? Реально, практически сам эту теорию вывел. Так оно и сть ведь. Откуда жажда "твердой руки" и "вера в доброго царя".
Какой % холуйства сидит в кандидатах?
Этот вопрос может вызвать ярость благородную у многих :-))).
А Вы согласны с темой, поднятой в блоге?
Не совсем согласен с агитационным тоном, но это так, из-за вредности.
Что из-за вредности?
Несогласие с агитационным тоном вашего поста. С содержанием согласен.
Так не агитирую. Два года назад начал склоняться к этой теории. Так же и в 45-м Великая Победа тоже укрепила Сталинский режим, что вызвало новую волну репрессий.
Я согласен с тем, что из-за выродков-взяточников, которые без подачки ничего не сделают, народ вынужден ходить по всем инстанциям с протянутой рукой, и считать за благо возможность сунуть денег в карман тому, кто выполнит свои прямые обязательства.
Так, согласись, что причина в нас самих и истоки уходят в глубину веков.
Кстати, чем занимаются еще 9 зарегистрированных пользователей?
Насчет истоков согласен, но в данном случае установление диагноза не способствует выздоровлению:) Не могу знать (про остальных пользователей). Они мне отказываются докладывать. Компьютер включен, а они гуляют. Как вариант.
Так поставить диагноз - это уже большое дело. Конечно, верить в то, что все как один отзовутся на клич не давать взятки, а обращаться в органы нет смысла. У нас в кабинете для фона радио работает, когда идут новости - делаем погромче. Так вот новость о создании антикоррупционного комитета откомментировали с юмором : "Интересно, какой у них будет размер взяток."
Смотрел полуторачасовое интервью с главой этого комитета. Вполне разумный человек, и вполне разумно говорил про то, что коррупцию не побороть в обозримом времени.
:-))) А каким образом? Пересажать всех? А кто тогда партию власти к победе приведет? Что тут еще можно сказать? Ваучерной приватизации тоже можно было избежать, для этого нужно было пересажать "красных директоров" которые уже начали приватизацию. Так 15-20 тыс. человек. Чтобы остановить приватизацию. Никто на это не пошел.
В большинстве своем на приватизации нагрелись не красные идейные директора, а как раз халуи. Если про коррупцию говорить, то я не раз сообщал о своем мнении - либо кардинальные изменения с расстрелами, стотысячными посадками, либо медленная эволюция.
А без расстрелов если? И стотысячных посадок, но побыстрее?
Вы сами в такое верите? Со взяточниками общались?
А как же! Но не расстреливать же. Но как-то убедитетельно можно и без этого. Например судебный процесс освещать в сми и непременно со всеми эпизодами.
А СМИ и суды у нас такие честные и непредвзятые?
Засудить сначала предвзятые СМИ и осветить процесс в непредвзятых.
Вы чем то Павеана Тота напоминаете...
Это комплимент или напротив?
коррупцию не побороть в обозримом времени. ...
если назначать на борьбу с ней таких людей.
Т. е. Не того назначили руководить антикоррупционным комитетом?
В рамках созданной системы назначенцы, принципиально, не могут выполнять, "ставящиеся перед ними задачи".
Задачу надо корректно решать в общем виде!
Странное у Вас виденье истории.
В чем я не прав? Я учитываю все точки зрения в построении своей теории.
Самая настоящая холуйская теория. Западного холуя.
-=РИФ=-
Цитата созвучного прочтения многовековой ситуации в России:
"...Когда идеи «государства» и «суверенитета» пришли наконец в Россию (это случилось в XVII в.), их инстинктивно воспринимали сквозь вотчинную призму. Московские цари смотрели на свою империю, раскинувшуюся от Польши до Китая, глазами вотчинников — более или менее так же, как глядели некогда их предки на свои крошечные уделы. Привычка рассматривать царство и его обитателей с позиций собственника крепко укоренилась в сознании российских правителей и служилого класса.
Когда императоры XIX в.— по воспитанию люди насквозь западные — твердо отказывались даровать стране конституцию, они вели себя в каком-то смысле подобно обыкновенным собственникам, опасающимся, что создание юридического прецедента поставит под угрозу их права на имущество. Последний русский государь Николай II по темпераменту идеально подходил на роль конституционного монарха. И, тем не менее, он не мог пойти на предоставление конституции, а когда его к тому вынудили, не умел соблюсти ее, ибо смотрел на самодержавную власть как на род доверительной собственности, которую долг повелевает ему передать наследнику в неприкосновенности. Вотчинное умонастроение составляло интеллектуальную и психологическую основу авторитарности, присущей большинству русских правителей и сводившейся по сути дела к нежеланию дать «земле» — вотчине — право существовать от-дельно от ее владельца — правителя — и его «государства».
Свойства, отличавшие внутреннее развитие ранней русской государственности,— необыкновен-но глубокая пропасть между держателями политической власти и обществом и собственническая, вот-чинная манера отправления державной власти,— были усугублены сокрушительным внешним событием — монгольским завоеванием 1237-41гг.
Со времени своего поселения в Восточной Европе славяне приучились относиться к набегам ко-чевников как к неизбежному. К началу XIII в. они даже сумели установить с некогда вселявшими в них ужас половцами modus vivendi, начали вступать с ними в браки и участвовать в совместных военных предприятиях. Но у них всегда оставались и леса, куда можно было отойти в случае опасности. Кочевни-ки редко забирались туда надолго, и славянские поселенцы, обрабатывавшие землю в районе Волги-Оки, не говоря уж о жителях отдаленных новгородских земель, были относительно ограждены от них. Поэтому появление монгольских всадников в лесных дебрях зимой 1236—1237 гг. явилось великим потрясени-ем, следы которого и по сей день не вполне стерты в сознании русского народа. То были передовые разъ-езды большой армии под предводительством Батыя, внука Чингис хана, получившего в наследство часть всемирной монгольской империи, лежащую в направлении заходящего солнца.
Воины Батыя не были просто мародерами в скоротечном набеге: они представляли собою превосходную боевую силу, при-шедшую покорить и остаться на всегда. Главные силы их войска проникли в русский лес весной 1237 г., «как тьма, гонимая облаками», по выражению араба, видевшего их набег в другом месте. В 1237-1238 гг., а затем снова в 1239—1241 гг. они разорили русские города и деревни, вырезав всех, кто осмелился ока-зать им сопротивление. Из больших городов один Новгород избежал разгрома благодаря весеннему по-ловодью, сделавшему его болотистые окрестности непроходимыми для монгольской конницы. Спалив дотла Киев, захватчики направились на запад. Они, вероятно, завоевали бы и Западную Европу, если бы летом 1242 г., когда они стояли лагерем в Венгрии, их не настигла весть о смерти Чингисхана, вслед за чем они повернули назад в Монголию и с тех пор больше не возвращались.
Северо-восточная Русь и Новгород теперь сделались данниками одного из ответвлений монголь-ской империи, так называемой Золотой Орды, центром которой был Сарай в нижнем Поволжьи (Литва, имевшая значительное русское население, избежала этой участи). Монголов не интересовала земля, а уж тем более лес; им надобны были деньги и рекруты. Вместо того, чтобы оккупировать Русь, как они поступили с более богатыми и культурными Китаем и Ираном, они обложили ее данью. В 1257 г. с по-мощью привезенных китайских специалистов они провели первую всеобщую перепись населения Руси и, исходя из нее, разложили обязательства по выплате дани. Как и в Китае, основной единицей налогооб-ложения был двор.
В дополнение к этому на все товары, обмениваемые посредством торговли, был наложен налог с оборота («тамга»). Каждый город был обязан брать на постой монгольских чиновников с вооруженной стражей, занимающихся сбором дани и тамги, набором рекрутов (по большей части детей) и вообще блюдущих интересы своих хозяев. Нечем было удержать этих эмиссаров и их стражу от измывательств над населением. Русские летописи полнятся описаниями учиненных монголами зверств. Ино-гда население возмущалось (например, в Новгороде в 1257—1259 гг. и в ряде городов в 1262 г.), однако такое неповиновение неизменно каралось с крайней жестокостью.
Монгольский хан сделался первым бесспорным личным сувереном страны.В русских документах после 1240 г. он обычно именуется «царем», или «цезарем», каковые титулы прежде того предназна-чались императору Византии. Ни один князь не мог вступить на власть, не заручившись предварительно его грамотой — «ярлыком». Чтобы получить ярлык, удельным князьям приходилось ездить в Сарай, а иногда даже и в Каракумы, в Монголию. Там им нужно было совершить особый ритуал — пройти в мон-гольских одеждах меж двух костров — и коленопреклоненно просить о грамоте на свою вотчину. Иногда их подвергали чудовищным издевательствам, и иные князья расстались в Сарае с жизнью. Ярлыки распределялись буквально с аукциона, где выигрывал тот, кто обещал больше всего денег и людей и лучше других гарантировал, что сможет держать в руках беспокойное население. По сути дела, условием кня-жения сделалось поведение, противоречащее тому, что можно назвать народным интересом.
Князья на-ходились под бдительным взором ханских агентов, рассеянных по всей Руси (еще в конце XV в. у них было постоянное представительство в Москве), и им приходилось выжимать и выжимать дань и рекрутов из населения, не будучи в состоянии задуматься о том, что приносят ему такие меры. Любой ложный шаг, любые недоимки могли закончиться вызовом в Сарай, передачей ярлыка более угодливому сопернику, а, быть может, и казнью. Князья, под влиянием момента выступавшие на стороне народа против сборщиков дани, немедленно навлекали на себя ханскую кару. В этих обстоятельствах начал действовать некий процесс естественного отбора, при котором выживали самые беспринципные и безжалостные, прочие же шли ко дну. Коллаборационизм сделался у русских вершиной политической добродетели. Вече, никогда не имевшее особой силы на Северо-востоке, вслед за недолгой полосой подъема в XII в. переживало резкий упадок. Монголам, видевшим в нем хлопотное средоточие народного недовольства, вече пришлось совсем не по душе, и они толкали князей от него избавиться. К середине XIV в. за исключением Новгорода и Пскова от вечерне не осталось почти ничего. С ним исчез единственный институт, способный в какой-то мере обуздывать держателей политической власти.
Ученые сильно расходятся в оценке воздействия монгольского господства на Русь; некоторые придают емупервостепенное значение, другие видят в нем лишь налет на внутренних процессах, проходивших в условиях удельного, или «феодального», строя. Вряд ли, однако, можно усомниться в том, что чужеземное засилье, в своей худшей форме тянувшееся полтора века, имело весьма пагубное действие на политический климат России. Оно усугубляло изоляцию князей от населения, к которой они и так склонялись в силу механики удельного строя, оно мешало им осознать свою политическую ответственность и побуждало их еще более рьяно употреблять силу для умножения своих личных богатств. Оно также приучало их к мысли, что власть по своей природе беззаконна. Князю, столкнувшемуся с народным недовольством, чтобы добиться повиновения, стоило только пригрозить позвать монголов, и такой подход с легкостью перешел в привычку.
Русская жизнь неимоверно ожесточилась , о чем свидетельствует монгольское или тюркско-татарское происхождение столь великого числа русских слов, относящихся к подавлению, таких как «кандалы», они же «кайдалы», «нагайка» или «кабала». Смертная казнь, которой не знали законоуложения Киевской Руси, пришла вместе с монголами. В те годы основная масса населения впервые усвоила, что такое государство: что оно забирает все, до чего только может дотянуться, и ничего не дает взамен, и что ему надобно подчиняться, потому что за ним сила. Все это подготовило почву для политической власти весьма своеобразного сорта, соединяющей в себе туземные и монгольские элементы и появившейся в Москве, когда Золотая Орда начала отпускать узду , в которой она держала Россию."
===================
РИЧАРД ПАЙПС. РОССИЯ ПРИ СТАРОМ РЕЖИМЕ. Кембридж, 1974г. М., "Захаров", 2005. Тираж 2000 экз. http://zakharov.ru/books/katalog/5-8159-0413-9/ Скачать: www.sociograd.ru/kak_uchitsya/kabinety/tarasov_ka/elektronnaya_biblioteka/paiyps_r_rossiya_pri_starom_rejime/